Сб. Окт 16th, 2021

Любое целое, кода мы начинаем пристальнее всматриваться в эту цельность, первично имеет два противоположных явления – внутреннее и внешнее. Это самый первый иерархический взгляд распознания дуальностей. Внешнее – материально всегда; внутреннее таковым может не являться, в том смысле, что пока оно не изучено и не исследовано – оно несёт черты нематериальности.

Наука описала внешнее – в связях, соотношениях, измеряемости, но, словно боится вступить в область внутреннего. Попробуем порассуждать – почему так? Один из взглядов – погружение в область внутреннего потребует изменения парадигмы Человека и мироздания. Появление новой парадигмы всегда влечёт за собой изменения, в первую очередь, непоколебимых мировоззренческих установок внутри каждого, сложившихся в нас на протяжении всей истории развития человечества, выход за рамки привычного. А любой подобный выход – это «посягательство» на одну из самых базовых человеческих потребностей – потребностей в безопасности. В иерархии потребностей она стоит второй, вслед за базовой физиологической потребностью, невозможность удовлетворения которой приводит к смерти человека. Именно потребность безопасности требует постоянства условий жизни, и любое изменение установки в парадигме Жизни воспринимается нами как угроза существованию.

Если посмотреть на науку не как на общественное явление, а как на большой коллектив учёных, в котором каждый является, прежде всего, Человеком, то страх каждого учёного потерять устойчивость уже на втором уровне потребностей вполне объясняет общее состояние удовлетворения существующим положением дел в нынешней парадигме науки.

И тем не менее, шаг вперёд должен быть сделан – иначе выхода из кризисного состояния науки не произойдёт. Без нового взгляда на Человека – застой и деградация.

Первый шаг к выходу на совершенно новое качество Науки – введение Человека в объект исследования науки. Но не внешним явлением Человека, достаточно неплохо изученным медициной и биологией, а тем новым и глубинным, что открывается процессом познания внутреннего.

Открывая учебник по основам безопасности жизни человека в окружающей среде, читаем следующее определение: «Жизнь – состояние организма от момента начала деления оплодотворённой сперматозоидом яйцеклетки до прекращения обмена веществ в тканях и клетках (наступление смерти)». Другими словами, жизнь – это работоспособность сердца, печени, лёгких и других составляющих организма. Но ведь каждый понимает, что это только внешнее, самое материальное и «грубое» – физиология функционирования биологического тела. А сколько всего за этим – чувства, мысли, вдохновение, идеи, состояния радости, грусти, созерцательности и тишины. Чем не предмет исследования Науки?! Тем более что закон иерархии срабатывает и здесь – чувства бываю разные – и по глубине, и по своим характеристикам. Мысли бывают разные по силе и качеству. Мысли бывают разные по охвату и тому масштабу, на который способен развернуться Человек. Сейчас наука, по большей части, рассматривает химико-биологические процессы в теле, не допуская, что они могут зависеть от уровня мыслительных способностей Человека. И если о типологии чувств говорят хотя бы психологи, то с исследованием мыслей дело обстоит существенно хуже. А ведь некоторые различия характеристик мыслительных активаций можно наблюдать в научной среде, например, на конференциях, где один выступающий рассказывает об экологических проблемах небольшого участка леса. Второй мыслит масштабом страны и затрагивает вопросы, решаемые масштабом континента, а третий – легко апеллирует к проблематике уровня планеты. Каждый из них занимается, несомненно, важным делом, но позиция наблюдателя и масштаб мысли придают свою специфику.

Получается, что мы живём, но не представляем и не можем ответить, что такое Жизнь. Обеспечиваем безопасность весьма странным образом – изучаем опасности, которые следует избегать вместо того, чтобы усиливать явление Жизни в развитии её.

Науке надо сделать совсем немного – не побояться заявить Жизнь и Человека основным целеполаганием Науки, где Человек «Живущий» становится вершинной целью Науки. В любом научном исследовании, в любой сфере научной деятельности. Такая цель открывает огромные перспективы развития в исследовании и познании внутреннего. Без этого поиск истины невозможен. Тем более что истинность опирается на Человека.

При этом никто не отменяет развитие новых технологий, совершенствование научной мысли в физике, математике, космологии. Но действие потенциала Науки нелинейно должно предполагать центровку на Человеке, где вся Наука направлена и нацелена на познание Человека и его эволюционное развитие.

Итак, тезис первый – Наука существует для Человека. Человек – это самая высокая цель любой Науки.

Тезис второй – необходимо становление Науки о Человеке.

«… Можно предсказать, что если мы идём к человеческой эре науки, то эта эра будет в высшей степени эрой науки о человеке – познающий человек заметит, наконец, что человек как «предмет познания» – это ключ ко всей науке о природе», – писал Тейяр де Шарден почти столетие назад в своей научном труде «Феномен человека», обосновывая необходимость сведения всей науки к Человеку.

Не останавливаясь на уже сказанных, удивительно красивых обоснованиях Тейяра де Шардена, попробуем раскрыть тезис о необходимости новой Науки с позиции самой науки, рассматривая Человека как исследователя, включённого в акт исследования.

Во времена рождения науки учёные верили, что в процессе исследования их взгляд на объект «падает сверху», не вступая во взаимодействие с объектом и не привнося никаких изменений в познаваемое. Постепенно приходило осознание, что каждый исследователь пропитан установками, предпосылками, предпочтениями, навыками мышления, выработанными в ходе развития науки, что неминуемо влияет на результат исследования. Сейчас мы называем это позицией наблюдателя.

На данном этапе вопрос стоит ещё острее – исследователь познает объективное свойство структуры постигаемой материи? Или это отражение мысли и познавательных способностей исследователя?

По сути, само познание и исследование становится актом, в котором две главные компоненты исследования – субъект и объект – взаимопреобразуются, отражаясь и изменяя «состояние» друг друга. Антропный принцип постулирует включенность Человека в наблюдаемый процесс и неразделимость объекта и субъекта.

Степень взаимопроникновенности субъекта и объекта напрямую зависит от позиции и способностей познающего, от состояния субъектности, достижимой исследователем на данный момент. То есть, начальные данные о субъекте оказываются необходимыми, как входные данные исследования, как условия эксперимента, поскольку способностями, возможностями и качествами субъекта определяется глубина акта познания

Значит, качественное научное исследование должно содержать параметры и характеристики субъекта, входящего в исследование. И тут встает вопрос об исследовании того самого внутреннего, позволяющего описать параметры субъекта исследования. Можно предполагать, что таких характеристик много – к ним будут относиться способность проникновения в суть явления, глубина и сила мысли, способности к интуиции. Новый взгляд на само исследование, где, прежде всего, необходимо научно описать самого субъекта и его позиции наблюдателя, приведёт к истинности познания в золотой середине между субъективностью и объективностью. Само исследования должно быть пристально исследовано!

Необходимость Науки о Человеке в контексте изучения самого исследователя представляется сверхважной задачей не только в тех сферах, где исследователь напрямую взаимодействует с объектом, но и там, где взаимодействие и измерение осуществляется посредством приборов, инструментов, установок, коллайдеров. В таком случае количество «действующих лиц исследования» увеличивается – в создании технического оснащения эксперимента принимали участие целые коллективы разработчиков, и картина исследования становится ещё более многомерной.

По настоящему, мы не до конца понимаем тот удивительный эволюционный план творения Науки, участниками которого являемся.

Стремление к исследованию, поиск новых границ, выход за существующие рамки – глубоко присущие каждому Человеку свойства, и в этом контексте каждый Человек – это уникальный и неповторимый исследователь, сотворяющий каждым актом познания новое явление Жизни в полноте и цельности бытия.

В новой парадигме Науки с центровкой на Человеке неминуемо развернется такая неотчуждённость каждого человека Науке, в которой осознание себя исследователем и включённость в Науку явит небывалые темпы развития Науки и совершенно новый качественный уровень эволюционного развития Человека.

В уже упомянутом выше учебнике ОБЖ после определения Жизни написано, что человек существует в процессе жизни, в целях удовлетворения своих потребностей. Встаёт вопрос – каких? Только ли для поддержания физиологического тела? Для чего? И никто не отвечает на этот вопрос: в чём они – истинные потребности Человека в его ценностях.

Хочется сказать – да, «в целях удовлетворения потребностей», … если это потребности развития, изобретения, исследования, познания, самосовершенствования и творения. И это будущее Науки!

Оксана Полякова
Санкт-Петербург
2017

Print Friendly, PDF & Email

Добавить комментарий